Оригинальная лента 1973-го года фокусируется на полностью модерновом субъекте: полисмен, являющийся к тому же примерным христианином, прибывает на остров для исполнения профессионального долга и ради воцарения справедливости. Он уверен в том, что его дело -правое, спокоен и самостоятелен. В оптике жителей Саммерсайла этот мужчина проявляет все необходимые для уготованной ему роли качества. В частности, по Рене Жирару: он чужак (посторонний для их социума), иной веры (одновременно похож на них и существует в совершенно других метафизических категориях), и при этом приходит к ним, наделённый [чужой] властью. Что касается накладывания на жертву образа девственника, на наш взгляд этот момент несколько сомнителен (мужчина, не прикасавшийся к женщине, не может сравниться потенциально с девушкой, не познавшей мужчины; по возрасту же он не подходит категории детей и подростков, ещё не инициированных и потому не являющихся полноценными членами общества), однако в силу незнания темы от критики воздержимся.
Несмотря на то, что предок лорда Саммерсайла обратился к почитанию старых богов в качестве уловки, нельзя с точностью говорить, что община острова строго контринициатична. На момент происходящего в фильме держащий власть лорд является одновременно главным жрецом, объединяя в себе функции брахмана и - что важнее всего - верит, как и все остальные члены общины. Обряды для них не являются самоценными, но проводятся в соответствии с проявлениями божественной воли. А христианину-пуританину следует быть довольным - он погибает мученической смертью, как и его страдающий бог.
Относительно новый фильм, снятый повторно, отражает уже совершенно другой мир. Евгений Головин в контексте исчезающего в современности пола однажды отметил: "За последние лет тридцать благородный, красивый, мужественный герой исчез даже с киноэкрана", и ремейк Плетёного человека целиком подтверждает этот тезис. Главный герой здесь дёрганый и травмированный, а топика отдаёт параноидальностью. Характерно, что этот полицейский преследует уже не иллюзорную справедливость, а распутывает личное дело. Напряжённости ситуации не может не способствовать женщина с вечно слезящимися глазами больной собаки, несчастная, жертвенная женщина с мученическим взглядом, эта странная жалующаяся женщина, которая когда-то была его невестой. Теперь сбежавшая невеста убеждает его, что везде обман, и против них двоих - все и всё на этом острове.
Действие перенесли из чинного и временами диковатого на периферии Соединённого Королевства в Штаты, что оставило отпечаток на сюжете: теперь уже сестра Саммерсайл, земная наместница Великой Матери, ведёт свой род от более далёких предков (по сравнению с первой частью), которые боролись против притеснения женщин. Доборолись они до вырожденной хищнической гинекократии и мстят теперь всем земным мужчинам за все беды, причинённые когда-либо существам женского пола. Почему гинекократии, а не матриархата? Опустим соображения о нордическом сакральном матриархате, где мужчины имели своё, отнюдь не принижённое место, - обратимся к более приближённому к фильму образцу:
Несмотря на то, что предок лорда Саммерсайла обратился к почитанию старых богов в качестве уловки, нельзя с точностью говорить, что община острова строго контринициатична. На момент происходящего в фильме держащий власть лорд является одновременно главным жрецом, объединяя в себе функции брахмана и - что важнее всего - верит, как и все остальные члены общины. Обряды для них не являются самоценными, но проводятся в соответствии с проявлениями божественной воли. А христианину-пуританину следует быть довольным - он погибает мученической смертью, как и его страдающий бог.
Относительно новый фильм, снятый повторно, отражает уже совершенно другой мир. Евгений Головин в контексте исчезающего в современности пола однажды отметил: "За последние лет тридцать благородный, красивый, мужественный герой исчез даже с киноэкрана", и ремейк Плетёного человека целиком подтверждает этот тезис. Главный герой здесь дёрганый и травмированный, а топика отдаёт параноидальностью. Характерно, что этот полицейский преследует уже не иллюзорную справедливость, а распутывает личное дело. Напряжённости ситуации не может не способствовать женщина с вечно слезящимися глазами больной собаки, несчастная, жертвенная женщина с мученическим взглядом, эта странная жалующаяся женщина, которая когда-то была его невестой. Теперь сбежавшая невеста убеждает его, что везде обман, и против них двоих - все и всё на этом острове.
Действие перенесли из чинного и временами диковатого на периферии Соединённого Королевства в Штаты, что оставило отпечаток на сюжете: теперь уже сестра Саммерсайл, земная наместница Великой Матери, ведёт свой род от более далёких предков (по сравнению с первой частью), которые боролись против притеснения женщин. Доборолись они до вырожденной хищнической гинекократии и мстят теперь всем земным мужчинам за все беды, причинённые когда-либо существам женского пола. Почему гинекократии, а не матриархата? Опустим соображения о нордическом сакральном матриархате, где мужчины имели своё, отнюдь не принижённое место, - обратимся к более приближённому к фильму образцу:
Рейли путешествовал по Амазонке более года и познакомился с однозначно матриархальным племенем. Мужчины были там низведены до уровня рабочего скота.(...) Он спрашивает: если мужчины сразу кастрируются, то каким образом жизнь-то продолжается? Его привели к так называемому «капищу амазонок» на довольно высокую гору, к поросшей лесом миндалевидной расщелине. Из отверстия над миндалевидной пещерой выползла голова анаконды. Рейли и его спутники в ужасе убежали прочь. Потом он спросил, какую роль в ритуале играет змея. Королева объяснила: это «клиторис богини – начало всего» (ЕВГ, Матриархат)К слову, партеногенез, упомянутый в первом фильме, гораздо больше подходил бы второму, если бы не один важный момент - мужчины на острове всё-таки нужны, и главным образом не для физически тяжёлой работы, но для выведения породы. Здешняя богиня не одаривает мистериями аутопрегнации своих дочерей, им для этого необходимы мужчины со стороны. И если конфликт в старой киноленте сводился к противостоянию религий, то королевство пчёл является своеобразным ответом вечной войне полов.
Комментариев нет:
Отправить комментарий